ВХОД ДЛЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ

Поиск по сайту

Подпишитесь на обновления

Yandex RSS RSS 2.0

Авторизация

Зарегистрируйтесь, чтобы получать рассылку с новыми публикациями и иметь возможность оставлять комментарии к статьям.






Забыли пароль?
Ещё не зарегистрированы? Регистрация

Опрос

Коронавирус это

Сайт Культуролог - культура, символы, смыслы

Вы находитесь на сайте Культуролог, посвященном культуре вообще и современной культуре в частности.


Культуролог предназначен для тех, кому интересны:

теория культуры;
философия культуры;
культурология;
смыслы окружающей нас
реальности.

Культуролог в ЖЖ
 
facebook.jpgКультуролог в Facebook

 
защита от НЛП, контроль безопасности текстов

   Это важно!

Завтра мы будем жить в той культуре, которая создаётся сегодня.

Хотите жить в культуре традиционных ценностей? Поддержите наш сайт, защищающий эту культуру.

Наш счет
Яндекс.Деньги 41001508409863


Если у Вас есть счет Яндекс.Деньги,  просто нажмите на кнопку внизу страницы.

Перечисление на счёт также можно сделать с любого платежного терминала.

Сохранятся ли традиционные ценности, зависит от той позиции, которую займёт каждый из нас.  

 

Православная литература

Предисловие

Печать
Автор Труфанов С.Н.   

Предисловие к работе «Критика чистого разума» Иммануила Канта в доступном изложении

Читать:
 Часть первая. Трансцендентальная эстетика
 Часть вторая. Трансцендентальная логика

Труднодоступный характер произведений Канта можно объяснить тремя причинами. Во-первых, их новаторским содержанием, которое, как и всё новое вообще, не сразу находит свою оптимальную форму. Во-вторых, в то историческое время учёным приходилось писать свои труды обычным пером при свечах, поэтому многократно переписывать их в целях нахождения более удобных для читателя формулировок, было делом весьма обременительным и затратным по времени. В-третьих, в годы жизни Канта ещё не обо всех вещах можно было говорить и писать открытым текстом. Если бы смысл целого ряда высказываемых им идей стал доступен его современникам, то он подвергся бы серьёзным преследованиям, как со стороны церкви, так и со стороны государства. Учитывая это обстоятельство, Кант, как и другие философы того времени, вынуждены были излагать свои мысли с большой осторожностью, применяя во многих случаях нарочито сложный, малопонятный язык, который позволял улавливать их суть лишь частично и по отдельным фрагментам. Достаточно вспомнить Людвига Фейербаха, который спустя пятьдесят лет после выхода "Критики чистого разума" написал небольшую работу "Мысли о смерти и бессмертии", где позволил себе излишнюю ясность суждений. Так вот, расплатился он за это тем, что был пожизненно лишён права преподавания, а тираж книги был уничтожен.

Названные причины – новизна задач, объёмность содержания и осторожность формулировок – обусловили тяжёлый язык произведений Канта и, как следствие, их плохое понимание. Не секрет, что и в наши дни многие преподаватели философии испытывают большие затруднения при изложении философии Канта, ограничиваясь, как правило, поверхностной подачей материала.

В данной книге автор предлагает читателю свой вариант доступного изложения «Критики чистого разума». Поддержкой ему служит завещание самого Канта придать его трудам более ясную форму. В предисловии ко второму изданию «Критики чистого разума» он дважды высказывается в том духе, что тем людям, которые «...обладают способностью ясного изложения, я предоставляю [право] завершить работу над кое-где неудовлетворительной формой моего изложения. Быть опровергнутым в данном случае опасаться нечего; опасаться следует другого – остаться непонятым».

Но прежде чем приступить к рассмотрению собственно «Критики чистого разума», мы охарактеризуем интеллектуальную атмосферу той эпохи, в которую она была написана. 

Интеллектуальная атмосфера эпохи Просвещения

(Зачем И. Кант написал «Критику чистого разума»?) 

В период Средневековья христианский догмат о сотворении мира единым Богом развернул мировоззрение людей на 180º. Мир стал восприниматься ими не как простая совокупность окружающих предметов, а как единое целостное образование, все части и элементы которого принадлежат его целостности и подчинены ей. Если мировоззрение древнего языческого человека ещё «плясало» от созерцаемых им единичных предметов, то мировоззрение нового монотеистического человека уже основывалось на представлении о единстве мира и полагало его безальтернативным.

Этот же догмат о сотворении мира единым Богом побуждал человека Нового времени не только пассивно созерцать мир, но и активно познавать его. Коль скоро мир создан Богом, то изучая его (мир), мы (люди) будем познавать Бога в его внешнем проявлении.

Каждая возникающая наука находила какую-то «свою» часть (область) мира и делала её предметом своего познания. Исследуя её, она вырабатывала свой собственный круг понятий, с помощью которых переносила эту часть мира в сферу мышления человека. Например, механика объясняет движение небесных тел посредством таких понятий, как: пространство, время, место, тяжесть, масса, падение, столкновение, покой, и т.д. Химия раскрывает качественные различия вещества планеты, используя понятия: оксид, гидрат, соль, кислота, основание, щёлочь и другие. Если мы уберём эти понятия из своего мышления, то вместе с ними из него уйдут и сами эти науки. 

Успешное развитие частных наук вело к тому, что в сознании образованных людей того времени стало возникать противоречие между сферой их образного представления и сферой их мышления. Утвердившаяся до степени инстинкта монотеистическая картина мира, показывающая его как единое целое, требовала такого же отношения к нему и со стороны мышления. Но мышление, обретшее свою свободу в частных науках, продуцировало материал противоположного свойства. Оно наполняло себя многими разрозненными знаниями, которые объясняли мир лишь по частям и фрагментам. И чем дальше продвигались науки, чем богаче становился арсенал используемых ими понятий, тем острее делалось это противоречие.

Преодолеть его можно было только за счёт внесения корректив в мышление человека. Необходимо было привести принцип формирования научной картины мира в согласие с принципом монотеистических религий. Если догмат о сотворении всего сущего Богом требует от человека представлять мир как единый целостный организм, то подобным же образом его должны были показывать и развивающиеся науки.

Для достижения этой цели существовал один путь: сведения всех уже выработанных к тому времени научных понятий в единую систему – всеобщую науку, которая должна была показывать мир как целое. Одним из первых идею создания такой науки высказал Рене Декарт. Исходя из признания всеобщего единства и упорядоченности мира, он полагал, что и наука о нём также должна иметь всеобщий системный характер. Затем эту идею подхватил Готфрид Лейбниц, который всерьёз планировал написать фундаментальный труд о всеобщей науке (scientia generalis), но в итоге так и не написал его. 

Саму возможность создания такой науки европейские рационалисты связывали с человеческим разумом. Слова «наука», «единство знаний» и «разум» воспринимались в то время если не как синонимы, то всё же очень близкими по смыслу. «Рационалистический постулат единства – вот, что владело умами эпохи... Понятие единства и понятие науки являлись полностью заменяемыми понятиями», – пишет Э. Кассирер в своей «Философии Просвещения». И далее продолжает: «Функция объединения как таковая признаётся основной функцией разума».

 Но как должен был действовать разум, решая такую задачу? Каким принципом он должен был руководствоваться, выстраивая всеобщую систему понятий? Изначально ответа на эти вопросы не знал никто. И только предпринятые в XVIII в. попытки конструирования такой системы привели в итоге к постановке проблемы метода её создания.

Первым на этом пути был опробован алфавитный принцип всеобщей систематизации понятий. В конце XVII в. в Нидерландах был издан «Исторический и критический словарь» П. Бейля, в котором статьи располагались в алфавитном порядке. Затем в Англии появилась «Энциклопедия, или Всеобщий словарь ремесел и наук» Э. Чэмберса. По его примеру во Франции во второй половине XVIII в. под руководством Д. Дидро и Ж. Даламбера была создана «Энциклопедия, или Систематический словарь наук, искусств и ремесел». В предисловии к ней говорилось: «Цель Э. – объединить знания, рассеянные по поверхности земной, изложить их в общей системе для людей, с которыми мы живем, и передать их людям, которые придут за нами».

Алфавитный принцип позволяет собрать в одной книге неограниченное число понятий, что можно рассматривать как его достоинство. Однако предлагаемый им порядок их систематизации имеет чисто внешний, формальный характер и сам по себе никак не способствует появлению в головах людей единой научной картины мира.

Вторым был опробован отраслевой порядок всеобщей систематизации понятий. Он был реализован учеником и последователем Лейбница Христианом Вольфом. Изначально Вольф планировал построить свою систему, руководствуясь принципом внутренней связи понятий, где каждое последующее понятие должно быть связано с предыдущим и одно предполагать другое, аналогично частям человеческого тела. Если алфавитные энциклопедии представляли собой агрегат знаний, то Вольф намеревался выстроить свою систему в виде организма: «Системой поистине называется скопление, связанное между собой посредством собственных принципов».  

Однако на деле ему удалось воплотить свои планы лишь частично. Более или менее успешно он реализовал только отраслевой принцип распределения понятий. В этой целью он выделил и описал несколько десятков наук. Но в рамках каждой такой науки Вольф действовал отнюдь не заявленным им «строго доказательным дедуктивным методом», а его полной противоположностью – методом философской эклектики. Это значит, что очертания выделенных им наук не имели у него чётких границ. Преемственная связь между ними отсутствовала. Теоретические и прикладные знания перемешивались между собой, а содержание самих понятий излагалось догматическим способом, допускающим любые разрывы и перескоки мысли. «Все его заявления относительно ясности и отчетливости в понятиях и принципах, обоснованности и строгой доказательности связи между ними, его претензии на создание целостной и универсальной системы философского знания, построенной на основании единого и точного метода, во многом оказались не более чем декларацией о намерениях, выполненной крайне искусственным и внешним образом, с многочисленными огрехами и нестыковками как логического, так и содержательного порядка»– пишет исследователь философии Вольфа В.А. Жучков.

Тем не менее, для середины XVIII в. разработанная Хр. Вольфом отраслевая система знаний являлась прогрессивным шагом, продиктованным необходимостью вытеснить из образования уже пережившую своё время схоластическую философию. Она получила широкое распространение, а созданные им учебные руководства по различным дисциплинам легли в основу новой светской системы образования. Но главный урок, который преподал своим современникам Хр. Вольф, заключался в появлении понимания того, что прежде чем строить такую всеобщую систему понятий, необходимо было разобраться с методом её возведения.

Утвердившийся ещё в период Средневековья догматический способ изложения знаний для решения этих задач уже не годился. Чтобы свести разрозненные понятия в единую научную систему требовалось разработать новый метод. В известном признании Канта, что от догматического сна его пробудили работы Д. Юма, ключевым является слово догматический. В ту эпоху догматизмом страдала не только система Вольфа, но и вся европейская наука в целом. В содержательном плане она уже перешла от библейских догм к светским знаниям, но по форме подачи этих знаний ещё оставалась догматической. «Это упущение следует приписать не столько ему (Вольфу – С.Т.), сколько догматическому образу мышления его времени, и в этом отношении современным ему философам, как и философам более ранних эпох, нечего упрекать друг друга» – пишет Кант в предисловии к «Критике чистого разума».

А поскольку сама возможность построения научной картины мира на тот момент напрямую связывалась с деятельностью разума, то для разработки её метода, первым делом необходимо было исследовать сам человеческий разум, определить, как он устроен и какими познавательными способностями обладает. Именно отсутствие такого предварительного учения о разуме, обусловило, по мнению Канта, то, что система наук Хр. Вольфа приобрела догматический характер. Ему (Вольфу) надо было «...сначала подготовить себе почву посредством критики самого орудия познания – чистого разума».

Такова была интеллектуальная атмосфера эпохи Просвещения. Она требовала:

1) свести все уже выработанные к тому времени научные понятия в единую всеобщую систему, которая должна была создавать картину мира в целом; 

2) для построения такой системы следовало разработать соответствующий метод;

3) для разработки этого метода, необходимо было разобраться с тем, как устроен и как работает естественный человеческий разум.

Наличие таких задач побудило Канта начать работу над «Критикой чистого разума». При этом решение первой задачи – построение всеобщей системы понятий – он оставил на потом. Не потому, что она была ему не интересна, а потому, что сначала надо было решить проблему метода. Вторую задачу – разработку собственно метода построения всеобщей системы понятий, и третью задачу – исследование самого человеческого разума, он вынес на повестку дня и посвятил их решению все свои последующие работы.   

Структура «Критики чистого разума» 

Задачу исследования познавательной способности нашего разума Кант ставит на первое место, а задачу разработки метода построения всеобщей системы понятий на второе. Отсюда идёт деление «Критики чистого разума» на две главные части. В первой части – «Трансцендентальном учении о началах», Кант исследует человеческий разум. Во второй части – «Трансцендентальном учении о методе», он рассматривает метод построения всеобщей системы понятий. (Соотношение их объёмов таково: 85% занимает «Учение о началах», 15% – «Учение о методе».)

Предметом первой части – «Трансцендентального учения о началах», как мы уже сказали, является человеческий разум, а точнее – осуществляемая им деятельность познания. Здесь возникает вопрос: почему Кант дал этому учению такое название? Что значит трансцендентальное и что такое начала?

Процесс производства знаний предполагает наличие того, что познаётся, и наличие того, кто познаёт. Познаются реальные предметы, а познаёт их сам человек. Соответственно, осуществляемая человеком деятельность познания определяется с двух сторон: а) со стороны познаваемых предметов, б) со стороны самого познающего субъекта. Первая из этих сторон, согласно терминологии Канта, образует апостериорную составляющую процесса познания (a posteriori – из опыта). Вторая сторона образует его априорную составляющую (a priori – независимо от опыта). Апостериорная составляющая – это то, что вносит в процесс познания опыт, познаваемые нами реальные предметы. Априорная составляющая – это то, что вкладывает в этот процесс сам познающий субъект, человек.  

Так вот, используемое Кантом в названии данного раздела слово трансцендентальное означает, что предметом исследования в нём является только априорная составляющая процесса познания, которая исходит от познающего субъекта. «Я называю трансцендентальным всякое познание, занимающееся не столько предметами, сколько видами познания, присущими нашему разуму a priori».

Вторым словом – начала – Кант, по примеру Аристотеля, называет те духовные способности человека, посредством которых он познаёт окружающий мир. Таких способностей всего две. Первая – это способность чувственного восприятия. Вторая – мышление. «Существуют два основных корня человеческого познания – чувственность и рассудок [мышление – С.Т.]. Посредством чувственности предметы нам даются, посредством рассудка они мыслятся».

Таким образом, заголовок «Трансцендентальное учение о началах» говорит нам о том, что в данном разделе Кант исследует только априорную сторону познавательной деятельности нашего разума, которая представлена двумя способностями: а) чувственностью и б) мышлением. (Забегая вперёд, скажем, что, согласно Канту, познавательными инструментами нашей чувственности являются две формы чистого созерцания – пространство и время, а познавательными инструментами нашего мышления – чистые понятия, каковыми являются категории и трансцендентальные идеи).

Структура «Трансцендентального учения о началах» определяется последовательностью (очерёдностью) включения данных способностей (чувственности и мышления) в процесс познания. На первом этапе действует только чувственность. Потом к чувственности присоединяется мышление, и они производят знания сообща. Затем мышление отрывается от чувственности и далее действует самостоятельно.

Отсюда три ступени процесса познания.

На первой ступени, где действует только чувственность, из воспринятых ощущений в сознании человека возникают образы предметов. Эту ступень Кант называет созерцанием. «Представление, которое дано до всякого мышления, называется созерцанием» [5, С. 191].

На второй ступени к чувственности присоединяется мышление, которое, опираясь на созерцаемый образ предмета, выстраивает его понятие. Эту ступень познания Кант называет рассудком.

На третьей ступени мышление отрывается от эмпирических образов и пытается свести все уже созданные им на ступени рассудка понятия в упорядоченную систему. Эту ступень познания Кант называет разумом.

Таким образом, процесс познания, согласно Канту, состоит из трёх последовательных ступеней:

- созерцания,

- рассудка,

- разума.  

Отсюда идёт деление «Трансцендентального учения о началах» на две части:

а) В первой части – «Трансцендентальной эстетике», рассматривается ступень созерцания

б) Во второй части – «Трансцендентальной логике», рассматриваются ступени рассудка и разума.

 

Читать далее:  Часть первая. Трансцендентальная эстетика

Вернуться в начало 

Теги:   Философия


Наверх
 

Поиск

Знаки времени

Последние новости


2010 © Культуролог
Все права защищены
Goon Каталог сайтов Образовательное учреждение